Строительная техника

Нями к цивилизациям, возникшим на берегах рек Инда и Ганга, прослеживается во всех областях жизни индий­ского народа и имеет не меньшее значение для архитектуры рассмат­риваемого периода.

Большую роль в сохранении традиций в архитектуре сыграли су­ществовавшие с древнейших времен строительные корпорации — шрени («сени», или «нигама»), а также, возможно, возникшая одно­временно с ними единая система канонов и правил строительного де­ла и прикладного искусства — «Шильпашастра».

0 существовании с незапамятных времен своеобразных строитель­ных объединений, охватывающих нередко целые деревни, становится известным из рассказов «Джатаки». Джавахарлал Неру пишет: «Джа — таки свидетельствует о существовании одного, довольно необычного явления, а именно, создания специальных поселений или деревень для людей, занимавшихся определенным ремеслом. Так, например, суще­ствовала деревня плотников, состоявшая, как указывается, из тысячи семейств; деревня кузнецов и т. д. Эти специализированные деревни располагались неподалеку от города, который поглощал их продукцию и в свою очередь снабжал их различными предметами первой необ­ходимости. Вся деревня, по-видимому, объединялась на кооперативных началах и выполняла большие заказы. Вполне вероятно, что из этой обособленной жизни и организации развилась кастовая система. При­меру брахманов и знати последовали мало-помалу ремесленные кор­порации и купеческие гильдии[7]. В «Джатаке» говорится о 18 ремес­ленных союзах, но фактически упоминается только пять: деревообде­лочники, каменщики, кузнецы, кожевники и маляры. Известное значе­ние к тому времени приобрели торговые общества и ремесленные гильдии.

Перси Браун относит возникновение строительных корпораций — шрени к VII в. до н. э. и считает, что вначале существовала система ученичества — антевасика, подобная той, которая была известна в средневековой Европе, когда ученики жили и работали у своего хо­зяина. Позднее профессии стали передаваться по наследству, что было естественно в условиях кастового деления общества

Подобная организация ремесленников, в том числе и строителей, несомненно способствовала непрестанному совершенствованию архи­тектуры. Она была пожизненной школой мастерства. С раннего дет­ства усваивались ремесла, приобретались навыки под постоянным ру­ководством старших мастеров. Приобретенный опыт и навыки переда­вались из поколения в поколение и, как пишет К. Маркс: «Лишь накопленная из поколения в поколение, передаваемая по наследству от отца к сыну специальная сноровка сообщает индусу, как и пауку, его виртуозность»[8].

Накапливавшийся опыт строителей принял форму «Шильпаша — стра». «Шильпашастра» долгое время не фиксировалась письменно, а передавалась потомкам изустно. Молодые мастера заучивали правила наизусть и в процессе работы повторяли как молитву. Руководствуясь этими правилами, строители были в определенной степени гарантиро­ваны от совершения крупных ошибок и промахов в выполнении своих работ.

Впервые термин «Шильпа» употребляется в древнейших текстах «Брахманах» как искусство, охватывающее области пения, танцев, живописи и скульптуры. Более определенно о существовании «Шиль­пашастра» в виде сборника теоретических положений по искусству и архитектуре говорится в «Махабхарате». Джон Маршалл высказывает мнение, что «Шильпашастра» базируется в вопросах строительства и архитектуры на традициях Мохенджо-Дара и Хараппы[9]. По крайней мере, ранние письменные тексты «Шильпашастра» относятся к первым векам до н. э. Практические руководства «Шастра» по 18 различным дисциплинам были хорошо известны в V—VI вв[10]. Среди них значи­тельное место занимали многочисленные книги, в которых излагались отдельные теоретические положения и практические руководства по вопросам архитектуры, скульптуры, живописи и прикладного искусства.

В V—VI вв. появились письменные специальные тексты по архи­тектуре на санскрите. Сведения по архитектуре и строительству со­держали также общие социально-экономические, политические и фи­лософские трактаты, переизданные в это время. Из них большую из­вестность получил социально-политический трактат «Артхашастра», в котором отводится большое место вопросам градостроительства и жилища. Руководство по архитектуре и строительству «Ваштувидия», или «Вастушастра», содержит сведения о сооружениях как культового, так и светского назначения и включает огромное число технических правил и предписаний.

Из многочисленных сохранившихся текстов «Ваштувидия» [11] наиболее полноценным текстом можно считать трактат по архитектуре «Мана — сара». Это — подробное руководство по вопросам градостроительст­ва, конструкций, соблюдения пропорций в частях и деталях здания, применения изобразительных средств в архитектуре. Датировка «Ма — насара», отнесенная П. К. Ачария примерно к VI в., довольно убеди­тельно оспаривается другим ученым — Бхаттачария. Последний относит составление текста «Манасара» к XI в., полагая, что многие его утвер­ждения распространяются главным образом на архитектуру Южной Индии[12].

«Шильпашастра», подобно другим древнеиндийским текстам, со­держит в себе, наряду с ценными практическими указаниями и сведе­ниями, целый ряд символических толкований, описаний религиозных обрядов, церемоний, жреческих заклинаний, которыми в тех условиях неизбежно сопровождалось любое дело, в том числе и строительство даже обычного жилого дома. В некоторые, удобные в обращении и широко распространенные в практике геометрические формы, как, на­пример, квадрат, куб, круг, и в отдельные числовые соотношения «Шильпашастра» вкладывала символический или религиозный смысл.

Строительные корпорации шрени, как правило, часто передвига­лись по стране, а иногда, оседая на одном месте, посвящали всю свою жизнь и даже жизнь нескольких поколений созданию какого — либо одного грандиозного сооружения. При наличии подобных строи­тельных организаций и существовании единой системы канонов и пра­вил «Шильпашастра» становится понятным, как могло получиться, что одинаковые типы зданий и многие архитектурные и конструктивные формы и приемы могли возникнуть на юге и севере Индии в разные периоды времени.

Последовавшее в эпоху феодализма укрепление сословного деле­ния и развития кастовой системы повлекло за собой дальнейший рост и процветание ремесленных и торговых объединений и строительных организаций. Находят печати этого времени, принадлежавшие корпо­рациям торговцев, ростовщиков и ремесленников. В надписях на па­мятниках, датированных V—VI вв., имеются конкретные сведения об их деятельности. По ним можно судить, что наряду с крупными фео­далами в роли заказчиков выступали и разбогатевшие цеховые орга­низации. Например, на храме, построенном в 456—466 гг. (в районе современного штата Уттар Прадеш), имеется надпись, которая гласит о том, что организация маслодельщиков (шрени) получила в постоян­ную собственность храм, посвященный богу Солнца, и на его содер­жание выделила натуральный оброк в форме определенного коли­чества масла.

На другом храме Солнца в Дасапуре имеется надпись, свидетель­ствующая о его постройке в 437—438 гг. по заказу ремесленного объ­единения (шрени шелкопрядов) в городе Дасапур и последовавшей в 473—474 годах реконструкции и ремонте храма на его же средства.

Архитектор занимал, если судить по литературным источникам, довольно почетное место в обществе. В «Рамаяне» встречаются тер­мины «стхапати», «вардхаки», «такшака» и «шутрадхара», означающие соответственно: архитектор, скульптор, помощник мастера и ремес­ленник. В «Рамаяне» приводятся имена легендарных архитекторов Майя и Вишвакарма. Они были известны — один в Южной, а другой в Северной Индии. В этом же эпическом произведении с большим уважением говорится о зодчих, как об экспертах сложного архитек­турного мастерства, овладевших к тому же другими видами искус­ства. Легендарного архитектора Вишвакарма недаром называют ма­стером тысячи видов искусств. Архитекторы чаще всего были выход­цами из высшей касты брахманов и храмовым строительством нередко руководили брахманские священники.

Подготовка профессии архитектора была очень длительной. К изу­чению специальных предметов архитектуры и строительства допуска­лись лишь те ученики, которые сумели в течение многолетнего обу­чения последовательно овладеть в совершенстве искусством танца, музыки, живописи, скульптуры и прикладных видов искусства. Благо­даря многостороннему образованию архитектор был способен руко­водить всем процессом строительства, подчиняя своему замыслу ра­боту скульпторов, художников, каменщиков и тем самым добиваясь идейно-художественной целостности произведения.

Известно, что к строительству храмов нередко привлекались ма­стера различных профессий и из разных провинций: ювелиры, столяры, плотники, кузнецы, скульпторы и художники, которые создавали еди­ный большой творческий коллектив. Так, например, в исполнении рель­ефов ворот ступа в Санчи принимали участие резчики по слоновой кости. Тесное сотрудничество архитектора, скульптора и мастеров прикладных искусств является одной из характерных черт индийского зодчества.

Значение неразрывной взаимосвязи, существовавшей в древней и средневековой Индии между поэзией, музыкой, танцами, живописью, скульптурой и архитектурой неоднократно подчеркивал в своих ра­ботах Хавелл который писал, что в этом отношении Индия отличается от многих стран — отдельные виды ее искусства и архитектуры не мо­гут рассматриваться археологами или искусствоведами изолированно друг от друга, а иначе исследователи могут прийти к ошибочным выводам и заключению в отношении каждого из них.

Деревянное зодчество. Многие характерные черты гражданского строительства, повлиявшие на индийскую монументальную архитекту­ру, сложились в глубокой древности в главных центрах индийской куль­туры— в бассейнах рек Инда и Ганга, в местностях с жарким и влаж­ным климатом, аллювиальной почвой и лесами. В этих районах строи­тельными материалами издавна служили дерево, обожженный кирпич. Леса, занимающие в настоящее время одну пятую часть территории Индии, в древности покрывали ее почти сплошным массивом. Исклю­чительно богаты лесом были районы Двуречья Ганга и Джамны, За­падной Индии (ее полуостровной части Катхиавара) и Декана. В архи­тектурных памятниках этих районов особенно сильно сказалось влия­ние деревянного зодчества на каменное.

Лесные богатства при их необычайном изобилии и многообра­зии ценных и прочных пород дерева, легко поддающихся обработке, а следовательно, при дешевизне и быстроте воздвигаемых построек, обеспечили дереву, несмотря на его неогнестойкость господствующее место среди других строительных материалов жилищного и граждан­ского зодчества в Южной Индии, Катхиаваре и других районах.

Дерево издавна широко применялось в кораблестроении, произ­водстве колесниц и повозок, в плотничьем и столярном деле. Из де­рева в Индии строились крепости, дворцы, храмы, дома горожан, крестьянские жилища и хозяйственные постройки. Такое разнообразное использование дерева способствовало развитию особой виртуозности и совершенства в овладении деревом как материалом. Поэтому не­удивительно, что деревянное зодчество, развивавшееся в Индии более чем два тысячелетия, достигло очень высокого уровня развития еще задолго до появления каменных построек.

В период средневековья дерево продолжало служить основным строительным материалом, особенно в гражданском зодчестве.

Наиболее распространенным в строительстве Индии было тиковое — дерево, крупные размеры (диаметр 70—80 см), прямой и прочный ствол которого позволяли употреблять его для конструкций больших сооружений. Эластичная неколющаяся структура особенно благопри­ятна для художественной резьбы. Хорошая сопротивляемость гниению обеспечивала долговечность построек.

Близко по этим качествам другое дерево — сал, встречающееся в районах Гималаев и Декана, богатых также и другими ценными для строительства породами как дуб, сосна, кедр. Редкое многообразие исключительно ценных пород характерно для Южной Индии. В лесах Малабарского побережья, например, произрастает более 20 видов пальм, многие виды бамбука, тик, сандаловое дерево, самшит, красное дерево, черное (или эбеновое) дерево, бабур, деревья с древесиной, не уступающей по прочности березе, а по легкости — пробке.

Бамбук, в изобилии произрастающий по всему морскому побе­режью (особенно восточному), нашел широкое применение в строи­тельстве; он употреблялся на изготовление изгороди, балюстрады, бамбуковой решетки — пиночра, каркасной конструкции, кровли стоек для верхних этажей, легких павильонов. Бамбуковые колышки служили своего рода «гвоздями» для соединения деревянных частей.

Редкое дерево бабур (с древесиной твердой почти как металл) применялось в исключительных случаях, когда, например, требовались опоры, выдерживающие каменное перекрытие. Сандаловое, красное и черное (или эбеновое) дерево употреблялось преимущественно для отделочных работ, дверных полотнищ во дворцах и храмах.

Тиковое дерево использовалось в строительстве хорошо обтесан­ным, в виде брусьев различного сечения, чаще всего квадратного, мак­симальных размеров от 60—80 см в диаметре и длиной ствола, до­стигающей 30 м. Большое распространение имели круглые в сечении обтесанные бревна, употреблявшиеся для вертикальных опор.

В постройках Мохенджо-Даро, XXX—XX вв. до н. э., и в При­брежном храме в Махабалипураме, VII в., и в других местах сохрани­лись расположенные на высоте перекрытия гнезда для деревянных балок размерами 30,5X50,6 см. В зданиях, как правило, отсутствуют внутренние столбы или встречается очень редкая их расстановка, что предполагает применение балок, превышающих пятиметровую длину.

Главными орудиями плотника были, по-видимому, топор и пила. Долото, сверло и другие инструменты употреблялись для тонкой худо­жественной обработки.

Памятники деревянного зодчества, к сожалению, не сохранились, но его формы, конструктивные и художественные приемы, архитек­турные детали были воспроизведены с документальной точностью в более поздних произведениях скальной архитектуры и особенно отчет­ливо прослеживаются в каменных сооружениях Южной Индии VII— VIII вв., а также отображены в рельефах ворот ступа в Бхархуте, Сан — чи и стенописях Аджанты.

Балочно-стоечная система была в деревянном зодчестве основ­ной. Междуэтажные и верхние перекрытия укладывались по вертикаль­ным опорам-столбам. Столбы в индийском зодчестве почти во всех местностях, за исключением, возможно, Ориссы и Бенгалии, являются основной несущей конструкцией. Они поддерживают перекрытие в многоэтажных зданиях, плоские кровли в галереях, террасах и служат также основой каркасной стены.

В гражданском и культовом строительстве широко применялись отдельно стоящие вертикальные опоры из толстых обтесанных бревен, четырехгранных, восьмигранных и круглых в сечении. В южноиндий­ском зодчестве были приняты столбы четырехгранные в верхней и нижней трети ствола, а в средней, промежуточной,— восьмигранные. Подобные столбы воспроизведены в южноиндийских пещерных хра­мах VII в. Тиручираппалли, Паллаварамс и других городах. Очень по­хожие на них столбы сохранились в деревянном дворце Чоутари XVII в. в Мудабидри (Южная Кеннара). Это массивные четырехгранные сужаю­щиеся вверх столбы, разделенные по высоте на три части профили­рованными, как бы врезанными, круглыми поясками. На эти столбы положены подбалки, поддерживающие продольные и поперечные бал­ки, несущие в свою очередь перекрытие.

В архитектуре Декана были широко распространены, судя по рос­писям Аджанты и каменным сооружениям Мамаллапурама [13] и Канчипу — рама VII—VIII вв., деревянные колонны круглого сечения, а базы изо­браженных колонн похожи на каменные обручи. Каменные базы для деревянных стоек до настоящего времени встречаются в жилых домах Южной Индии и Сиама. В практике южноиндийского каменного зод­чества имеются случаи применения деревянных колонн, о прочности которых можно судить по тому, что они выдерживали каменное пере­крытие.

В строительстве из кирпича и камня широко использовались дере­вянные перемычки для дверных и оконных проемов. Следы деревян­ных перемычек находят в стенах построек Мохенджо-Даро и более поздних построек, например, в кирпичном храме Уттарешвара в Tepe, датируемом V или VI вв.

В индийском деревянном зодчестве большое место с древней­ших времен занимают разнообразные конструкции кронштейнов, под­косов и подбалок, необходимость в которых возникла при перекрытии

Терраса деревянного дворца Чоутари в Мудабидри (Юг Индии), XVI в.

Больших пролетов. При такой конструктивной системе балки подпира­лись столбами, поверх которых укладывались подбалки или подкосы, иногда кронштейны пристраивались к вершине столба. Конструктивная роль подкоса или подбалки заключалась в том, чтобы предупредить возможный прогиб балки, увеличивая площадь опоры в месте ее со­пряжения с колонной.

Кронштейны, крепящиеся на вершине столба под балкой, способ­ствуют уменьшению скалывающих усилий в местах соединения столба с балкой и уменьшают вероятность излома последней. Кронштейны, обычно расположенные с четырех или двух сторон колонны, носят характер самостоятельной надстройки. Форма кронштейна нередко сливается с формой капители.

Основной стеновой конструкцией в индийском зодчестве, судя по памятникам Декана, являлся каркас. Стойки зажаты между верхними и нижними горизонтальными обвязками. Заполнением стен служит глинобитный материал или кирпичная кладка.

Дильвара в горах Абу. Кронштейн в интерьере мраморного храма,

XI в. н. э.

33

Стены из бревен, уложенных горизонтальными рядами, по-види­мому, не применялись в индийском деревянном зодчестве. Вертикально поставленные бревна употреблялись в качестве свай и, по всей вероят­ности, имели место лишь в крепостных сооружениях. Сохранились остатки частокола из тикового дерева городских стен Паталипутра от II! в. до н. э. Это были бревенчатые щиты, забитые в землю на глубину

3 А. А. Короцкая

Паталипутра. Раскопки крепостных стен, V в. н. э.

1 м рядами через промежуток, равный 50—60 см (т. е. толщине брев­на). Щиты были сбиты из вертикально поставленных бревен, зажатых в горизонтальном направлении поперечно уложенными бревнами. Тол­щина крепостной стены, таким образом, должна быть не меньше ширины щита, составленного из 6—7 бревен, т. е. более 3,5 м.

Многоэтажные сооружения из дерева создавались, насколько можно судить по письменным свидетельствам и позднейшим камен­ным сооружениям в форме ступенчатой пирамиды с уменьшающими­ся по высоте этажами. Такая форма была принята в целях облегчения нагрузки на нижние опоры. Лучшее представление о многоэтажном здании дает монолитный храм-ратха Дхармараджа в Махабалипура — ме VII в. и святилище в комплексе Кайласанатха в Канчипураме VIII в.

Формы перекрытия раскрывают многие особенности индийской архитектуры. Индийские зодчие проявили большую изобретательность и виртуозность в довольно несложных строительных приемах.

Разрез EF

Дренаж

Разрез А В

Разрез СП

11

1

J

Ьf i;Ў i! ¦; ;;

НатЕлипутра. Конструкции частокола,

V в. н. э.

Tji

JU

Храм Кайласанатха, VIII в. н. э. в Кан — чипураме. Святилище, сложенное из те­саного камня и кирпича

Кондейн. Чайтья, высеченная в скале, II в. до н. э.

В Индии с давних пор существовали два основных вида деревян­ного покрытия: плоское балочное, опирающееся на столбы, и двух­скатное сводчатое. Оба вида покрытия могут быть проиллюстрированы на примере высеченного в скале буддийского монастыря в Кондейне I в. до н. э. Здесь представлены два покрытия: плоского над прямо­угольным, почти квадратным в плане залам (вихара) и сводчатого опи­рающегося на деревянные фермы над продолговатым в плане поме­щением чайтья. Различные формы покрытия, установившиеся в дере­вянных постройках, обнаруживаются впоследствии в памятниках мону­ментального зодчества Южной Индии. Так, например, плоское балоч­ное перекрытие по столбам было принято для перекрытия много — столпных залов — мантапам, а формы сводчатого перекрытия были приняты для надвратных башен — гопурам. Купольные ребристые пе­рекрытия четырех — или восьмигранной формы стали завершением квадратного в плане помещения святилища виманы.

Плоский вид покрытия для террас, галерей, павильонов встречает­ся на изображениях стенных росписей Аджанты. Плоское перекрытие обычно завершает павильон (предназначенный для отдыха странников), так называемый дан, широко распространенный в Южной Индии и на острове Цейлоне. Простой тип дана представляет квадратную в плане веранду, опирающуюся на четыре столба (изображение на сте­нописи в Аджанте, зал № 1*). Ее плоское перекрытие состоит из ба­лок и деревянного настила, покрытых сверху тростниковой соломой. В более крупных сооружениях дан — большое перекрытие, поддержи­ваемое большим числом столбов. Система плоских перекрытий тща­тельно продумана и разработана. Деревянный настил укладывался по балкам, которые в свою очередь настилались по поперечным или продольным прогонам, уложенным по столбам. Завершение этой кон­структивной системы остается неизвестным. Плоский вид крыши был, по-видимому, широко распространен в жилищном строительстве мно­гих районов Индии. Плоская крыша с земляным слоем по деревянному настилу встречается в домах Таксилы. Такое покрытие могло быть использовано как открытая терраса.

По пещерным сооружениям типа чайтья можно судить, что в Индии с древнейших времен были известны довольно сложные и раз­нообразные конструктивные системы сводчатых перекрытий. Свод воз­водился по деревянным арочным фермам или по изогнутым дугой деревянным ребрам. Создавались кубовые перекрытия, заменяющие купольные.

В классическом по форме буддийском храме типа чайтья в Карли (I в. до н. э.) в камне воспроизведен деревянный свод, выведенный по изогнутым дугой ребрам. Сохранились остатки деревянных стропил двухтысячелетней давности, поддерживающих подковообразный проем окна и дугообразные деревянные ребра, прикрепленные к каменному своду.

Происхождение сводчатого перекрытия многие исследователи от­носят к бамбуковой конструкции. Джон Маршалл пишет: «Применение бамбука привело к сводчатому типу кровли, которая была затем вос­произведена в дереве, а впоследствии — в камне. Отсюда получает свое развитие арка-чайтья, применяемая в дверных и оконных про­емах» ‘. Насколько это предположение соответствует действительности, судить трудно. Не могли ли сводчатое перекрытие и арочный проем развиваться в дереве независимо от бамбуковой конструкции? В этой

Связи интересно отметить развитие аналогичного сводчатого перекры­тия килевидной или бочкообразной формы в деревянном зодчестве Древней Руси, где, как известно, происхождение от бамбуковой кон­струкции исключается.

Имеется возможность проследить развитие этого типа свода на примерах пещерного зодчества — самого раннего сооружения, высе­ченного в скале Ломас Риши (холмы Барабара, Бихар) III в. до н. э., в Бхадже (Декан) III в. до н. э. и чайтья в Карли. В пещерном сооружении в Ломас Риши представлен в камне деревянный свод, образованный досками, согнутыми по длине дугой, сложенными в несколько раз и подпертыми снизу в продольном направлении брусками. Наклоненные внутрь столбы как бы сдерживают внутренний распор свода.

В сооружениях Бхаджа представлена в камне ясная конструкция соединенных между собой, наклоненных также внутрь вертикальных опор и деревянных ребер криволинейного очертания, по которому ло­жатся в продольном направлении рейки и сводчатые покрытия.

Особенно наглядны деревянные конструкции свода чайтья в Кар­ли, запечатленные в камне скульптурным способом. Причем каменщи­ки, видимо, затруднялись воспроизвести в скале отдельные формы де­ревянных конструкций, как, например, ребра свода, стропильную фер­му, поддерживающую арку оконного проема, и они были вынуждены для полной иллюзии изображаемого деревянного, принявшего канони­ческую форму, сооружения, прикреплять деревянные конструкции к каменному своду. Почти невероятным в истории мирового зодчества является тот факт, что сохранились двухтысячелетней давности, подве­шенные к скале, деревянные стропильные фермы и подпирающие свод выгнутые в поперечном сечении ребра. Вся конструкция, воспроизве­денная со всеми деталями в скале в Ломас Рише и в Бхадже вполне ^ тектонична. В интерьере чайтья же в Карли заметно несоответст­вие отдельных частей конструкции: деревянные ребра повисли в воз­духе, ни на что не опираясь, и колонны не являются опорой пере­крытия.

Известны своеобразные купола, в основе построения которых за­ложен то же принцип, что и в килевидных сводах, только перекрытие имеет не два, а четыре или восемь скатов.

В массовом строительстве применялись, естественно, более деше­вые и доступные породы дерева, бамбук и тростник. Верхнее покры-

Тие из тростника было наиболее распространенным. Стены из трост­ника, обмазанные глиной и оштукатуренные, до сих пор встречаются в строительстве крестьянских изб в Бенгалии.

О развитии других видов перекрытий и конструктивных систем на Севере и в других районах Индии трудно судить по немногим уце­левшим памятникам раннего средневековья.

Строительство из кирпича. Строительство из обожженного кирпи­ча, судя по многим свидетельствам, не прекращалось в отдельных районах Индии со времен древнейшей цивилизации Инда. Остатки кир­пичных зданий, построенных в различные периоды со II в. до н. э. по XII в. н. э., были обнаружены в Матхуре, Таксиле (Северо-запад Индии), в городах, расположенных в бассейне реки Ганга: Паталипут — ре, Раджгрихе, Наланде, Будх-Гайе, Сарнатхе, Бхитагаоне. Кирпичные постройки встречаются даже в Южной Индии, небогатой аллювиаль­ными почвами (Чайтья в Tepe и в Шолапуре V—VI вв.), где в общем преобладало деревянное зодчество. Обожженный кирпич широко ис­пользовался в строительстве плотин и резервуаров для воды. В этих случаях водонепроницаемым материалом служил битум. О строитель­стве подземных туннелей, облицованных кирпичом, узнаем из расска­зов «Джатаки» (примерно первые века до н. э.). В одном из них описывается строительство огромного туннеля с примыкающими к нему подземными многочисленными помещениями. В строительстве было занято более 60 тыс. солдат. Стены туннеля были облицованы кирпичом и оштукатурены, в отдельных помещениях имелись стенные росписи.

В строительстве из кирпича индийские зодчие, наряду с обожжен­ным кирпичом, широко пользовались сырцом. В условиях жаркого климата здания, выложенные из сырца, сравнительно со зданиями из обожженного кирпича, обеспечивают внутри большую прохладу. Процесс изготовления сырца значительно проще и дешевле. В Синде, в Мохенджо-Даро до настоящего времени строятся здания из обож­женного кирпича, облицованные изнутри сырцом.

В общем, необходимо отметить, что в индийском зодчестве еще со времен цивилизации предпочтение в жилищном строительстве было отдано обожженному кирпичу, что объясняется главным образом силь­ной влажностью климата. Соображения экономии в затрате труда и материала, по-видимому, не играли большой роли. Хорошо обожжен­ный и очень прочный кирпич неоднократно применялся в строитель­стве различных зданий и в течение многих веков оправдывал себя. Об этом свидетельствуют обнаруженные в Мохенджо-Даро целые штабеля уже использованного ранее кирпича и приготовленного для нового употребления, а также подтверждается раскопками в Наланде, где встречается кирпич, применявшийся при строительстве многих зда­ний, относящихся к различным эпохам. В результате такой практики не смогли сохраниться в оригинале многие древнейшие памятники ар­хитектуры. Многократному употреблению одного и того же кирпича в различных целях способствовало применение в кирпичной кладке вяжущего раствора, приготовленного из местных речных наносов. Этот раствор не обладал достаточной силой сцепления, поэтому здания, сложенные из кирпича на этом растворе, легко разбирались и кирпич при этом не страдал и мог быть вновь использован. Известковый рас­твор в строительстве применялся лишь в редких случаях, иногда толь­ко в первых рядах кладки, а остальные выкладывались на илистом растворе. По-видимому, индийские строители считали нецелесообраз­ным затрачивать такой ценный материал, как известь, в качестве вя­жущего вещества, тем более, что известь употреблялась для широко практиковавшихся штукатурных работ.

Весьма примечательным в строительной практике является факт сохранения одних и тех же пропорций, а в некоторых случаях и раз­меров кирпича с времен древнейшей цивилизации Инда до средневе­ковья. В текстах «Вишнудхарммоттарам» и «Агни самхита»[14] размеры и пропорции кирпича приводятся те же, что были обнаружены при раскопках в Хараппе. Соотношение сторон кирпича (обожженного и необожженного), как правило, соблюдается равным 4:2:1. Размеры кирпича, наиболее распространенные в Мохенджо-Даро и Хараппе, следующие: 28X13,3X5,7 см и 26X12,7X5,7 см. Крупный кирпич раз­мерами 52X21,6X5,7 см предназначался для перекрытия канализацион­ных коллекторов, оконных проемов и т. д. Для мощения полов обычно использовался более мелкий кирпич. Размеры необожженного кир­пича, как правило, несколько крупнее обожженного.

Размеры кирпича, приведенные в текстах Шильпаратнам [15], 22,86Х XI 1,43X5,71 см; 45,72X22,86X11,43 см; 45,72X45,74X12,24 см; 45,72Х Х45,72X22,86 см.

Размеры кирпича, примененного в постройках чайтья [16]: в Тере, V в. (Декан) 42,50X22,50X7,50 см, в храме в Бхитагаоне (в бассейне р. Ган­га) VI в. 43,7X26,5X7,5 см. Полые или желобчатые кирпичи не встре­чаются. Клинообразные кирпичи применялись в устройстве колодцев, но нет следов применения клинообразных кирпичей в сводах и арках.

Арка с горизонтальным распором не имела места в древнем и средневековом зодчестве, начиная со времени цивилизации Инда и

Конструкции в кирпиче и камне

Каменная балка над проемом в кирпичном здании; ложная арка методом напуска рядов кирпичей или камней; кирпичные арки храма в Бхитаргаоне, V в. н. э.; кир­пичные арки храма Будх Гайя, VII в. н. э.; покрытие из каменных плит

Почти до XII в. По-видимому, индийские строители не доверяли этому способу перекрытия, по их выражению, «арка никогда не спит». Лож­ные арки и своды строились методом постепенного напуска горизон­тальных рядов кладки.

Кладка велась различными способами. Часто применялась цепная перевязка швов, т. е. чередование тычков и ложков. Встречается кладка, где ряды тычков перемежаются с рядами, уложенными из тычков и ложков. Во всех случаях кирпич друг к другу пригонялся очень тщательно.

Формовка кирпича производилась в открытых формах того же са­мого типа, который распространен в Индии до настоящего времени. Формы наполнялись составом из местных речных наносов, а излишки ила удалялись деревянной лопаткой.

Существовало несколько методов наложения декора в кирпичном сооружении:

1) метод формовки, когда рисунок орнамента воспроизводился вместе с самим кирпичом;

2) нанесение резьбы по кирпичной поверхности, независимо от швов, после того, как работы в кирпичной кладке были закончены;

3) нанесение декора перед обжигом, на сырце.

Широко применялся метод глубокого рельефа в терракоте и шту­ке. В постройках Мохенджо-Даро был обнаружен неизвестный состав, обладающий блестящей, очень прочной, похожей на глазурь поверх­ностью, покрывающей верхним слоем вымощенные кирпичом полы. Панели с терракотовыми плитами встречаются в постройках в Бхита — гаоне и в Махете.

Строительство в камне. Камень в качестве строительного мате­риала употреблялся редко, главным образом в тех районах, где нельзя было добыть глины и дерева.

Хорошо известны монолитные каменные столбы, получившие ши­рокое распространение в III в. до н. э. в качестве отдельно стоящих мемориальных столбов — стамбха. Монолитные столбы встречаются также в виде опоры для перекрытий во дворце Ашоки в Паталипутре, датированном III в. до н. э. И те и другие колонны отполированы до зеркального блеска. Подобное качество полировки встречается в сте­нах первых известных пещерных буддийских сооружений, и в камен­ных отдельно стоящих скульптурах, относящихся к III в. до н. э. Впо­следствии эта техника полировки каменной поверхности была утрачена. Есть предположение, что она была занесена в Индию мастерами, при­глашенными из Персии, с которой в тот период поддерживались тес­ные связи.

Имеются сведения об использовании камня в форме булыг для фундаментов зданий. Строительство в кладке из тесаного камня в Индии началось сравнительно поздно (в северо-западных районах Ин­дии с I в. н. э., в центральных районах — около V в., а на крайнем юге — с VII в.) и при этом, как правило, ограничивалось культовыми сооружениями.

Специфическим видом каменного строительства в период древ­ности и средневековья были сооружения, высеченные в скалах, из­вестные в Индии с III в. до н. э. и продолжавшие создаваться вплоть до начала X в. В результате каких обстоятельств возникло в Индии скальное строительство, была ли эта практика занесена извне, или появилась независимо от каких-либо веяний, пока что не установлено. Скальные сооружения были еще известны задолго до этого в Древ­нем Египте в XVI в. до н. э., в Малой Азии в V|||—V вв. до н. э. и других странах. Позднее скальное строительство развивалось в Китае. В индийском скальном зодчестве различаются два типа сооружений: пещерный, когда в скалах высекался только интерьер и обрабаты­валась фасадная плоскость со стороны входа, и монолитный вид сооружения, при котором в монолите скалы вместе с интерьером со­здавались наружные архитектурные формы. Скальные гробницы Малой Азии при всем разнообразии форм нередко представляли лишь один фасад, высеченный в скале, не имея за ним каких-либо помещений.

Индийские монолитные скальные сооружения VII—VIII вв., при­ближающиеся по методу обработки и по другим качествам скорее к скульптурным произведениям, представляют уникальные примеры в истории мирового зодчества.

Скальная техника заключалась в следующем: сооружения различ­ного типа высекались в монолите скалы скульптурным методом. Ска­ле сначала придавали отвесную поверхность, затем на ней намечали сетку квадратов из горизонтальных и вертикальных линий со стороной квадрата не больше 60 см. После того как на фасадной плоскости были намечены контуры проемов и столбов и было вынуто из скалы доста­точное количество излишнего материала, начиналась работа над интерь­ером и детальная обработка столбов в тех случаях, когда они имелись.

При сооружении монолитных храмов, высеченных целиком из мас­сива скалы, соблюдалась несколько иная последовательность работ, чем при пещерном строительстве.

Огромные каменные глыбы при помощи скульптурной, по сути, обработки были обращены в архитектурные произведения. Лонгхерст описывает их таким образом: «Избранная глыба скалы первоначально уменьшалась до необходимых размеров. Работы начинались сверху, для грубой ориентировки положения горизонталей и вертикалей в скале делаются углубления и ступени. Положение перпендикулярных друг другу линий намечалось в форме маленьких квадратных отвер­стий, высеченных в правильных промежутках вдоль углублений. В эти углубления заколачивались деревянные рейки, которые служили для поддержания подмостей и крепления веревочных лестниц»

Ранние памятники индийского скального зодчества расположены в Барабарских холмах долины Ганг, в Аджанте, Бхадже, Бедсе, Карли, Насике, Гунтупале, Сангхараме. Наиболее значительные раннесредне — вековые памятники расположены в Багхе (Мадхия Бхарат), в Удайгири (Бхилса, штат Бхопал), в Аджанте, Эллоре, Бадами, на острове Эле — фанта, в Ундавали, в Бхайраваконде, Тиручираппалли, Махабалипураме и других местах.

При всех своих отличительных свойствах памятники скального строительства, возникшие в различных странах и в разное время име­ют общее ценное для исследователей качество. Выполненные в наибо­лее прочном естественном материале, они прекрасно сохранились без каких-либо последующих дополнений, изменений, переделок и рестав­раций.

При недостаточности уцелевших памятников гражданского стро­ительства в Индии от древности и средневековья скальные сооруже­ния приобретают особую ценность. В скале навечно запечатлены с до­кументальной точностью конструктивно-строительные и декоративные формы, выработанные в строительстве в таких недолговечных мате­риалах, как дерево, бамбук, кирпич, глина и другие.

Строительство с применением каменной кладки. Имеются доволь­но ранние примеры использования кладки из необработанных камней в виде булыг и щебня, главным образом в фундаментах зданий. Среди древнейших городов цивилизации Инда известны два больших посе­ления, защищенных массивными каменными укреплениямиУкрепле­ние состоит из двойного ряда стен, сложенных из необработанных глыб и из грубо обтесанных каменных блоков размерами 60X30X30 см. Нижние этажи зданий, стоящих внутри цитадели, построены в камне, а верхняя несохранившаяся часть была, вероятно, сложена из сырцо­вого кирпича или из тростника, обмазанного глиной, поскольку во внутренних помещениях не было обнаружено камней, которые можно было бы счесть за последствие обвала.

Второй пример применения камня в древности относится пример­но к VI в. до н. э. — это остатки циклопической каменной кладки стен древнейшего города Раджагриха (в бассейне Ганга)[17]. Стена сооруже­на из грубо отесанных, тщательно пригнанных и связанных друг с другом штырями камней циклопических размеров (от 90 см до 1,5 м) и отличается большой прочностью. В стене между двумя вертикаль­ными рядами циклопической кладки имеется заполнение из более мел­ких камней. Следов связующего раствора не было обнаружено. Един­ственным соединением служили металлические штыри. Каменная клад­ка стены поднималась на 3,5 м, а над ней, по-видимому, возвышалась стена из смешанной кладки камня и кирпича, или из дерева и кирпича.

Известны случаи применения камня в жилищном и крепостном строительстве поселений Таксилы, начиная со II в. до н. э.[18]. В Бхирма — унде для фундамента и первых этажей зданий использовалась буто­вая кладка из местных пород камня известняка и канджура. Это была грубая беспорядочная кладка с применением щебня. Каменные стены протяженностью около 5,5 км были воздвигнуты, возможно, бактрий — скими греками во II в. до н. э. вокруг своего нового поселения Сир — капа. Толщина стен варьировалась от 4,5 до 6,5 м, а высота, по-види­мому, достигала 6—9 м. Усовершенствование в обработке и кладке из камня в постройках Таксилы замечается лишь с первой половины

Мамаллапурам. Неоконченная скальная мантапам-терраса, VII в. н. э.

В храмовом зодчестве. И даже в случае строительства одного здания нередко использовалась смешанная кладка из различных пород камня и камня с кирпичом. Подобная строительная практика была особенно характерна для Южной Индии. Сочетание разнообразных материалов вызывалось соображениями целесообразного распределения веса в верхних частях, добавления прочности в нижних несущих, а также не­обходимостью облегчения и удешевления процесса строительных работ.

Храмы V—VII вв. строились главным образом из мягких пород кемня, преимущественно из известняка желтоватого и сероватого цвета. На юге Индии применялся песчаник и гранит, причем при вы­боре строительного материала учитывались местные условия и сооб­разно им принимались решения. Так, например, для Прибрежного хра­ма в Махабалипураме, стоящем на самом берегу моря, в условиях сильного выветривания и влажности, строительным материалом был избран гранит, а для храма Кайласанатха в Канчипураме, расположен­ного вдали от моря, — песчаник и кирпич.

Добыча строительного камня производилась в карьерах. Там же подвергались первоначальной обработке квадры, монолитные столбы. Дальнейшая обработка производилась на строительной площадке. Такой метод строительства обеспечивал экономию в транспортировке материала.

Каменные блоки соединялись между собой на строительной пло­щадке при помощи заранее намоченных деревянных клиньев, которые забивались в просверленные в блоках отверстия или же при помощи металлических штырей. Каменные блоки обрабатывались молотками, затем выравнивались и шлифовались другими инструментами. Скульп­тура также обрабатывалась в каменоломнях и соединялась с осталь­ными частями здания на месте, поэтому не всегда она была точно рассчитана для того места, в которое она была предназначена. Об этом свидетельствуют обнаруженные швы в отдельных скульптурных фрагментах.

Такой метод строительных работ позволяет предполагать, что осуществлялись здания по проекту, в котором были определены все его размеры. Возможно, были распространены заранее изготов­ленные модели зданий, так, например, в одном из литературных про­изведений упоминается, что архитектор Шурадева изготовил модель и показал ее своему заказчику в Паталипутре

Каменное зодчество развивалось под сильным и постоянным влия­нием конструктивно-строительных приемов и архитектурных форм, сложившихся в строительстве из дерева, кирпича, глины и других ма­териалов. Сознательная, очень упорная имитация форм, сложившихся в недолговечных материалах, достигла крайнего предела в скальных сооружениях, где высекались ненужные балки и прогоны, воспроиз­водились головки гвоздей, и даже в отдельных случаях к своду, вы­сеченному в скале, подвешивались для полной иллюзии деревянные стропила. Строители не проявляли намерения выявить качества нового для них материала камня и продолжали воспроизводить в нем при­вычные старые формы, освященные традицией и религией. Имитация в камне деревянных форм продолжалась в монументальном храмо­вом зодчестве на юге Индии до XIX в., тем самым лишний раз под­тверждая, что главным строительным материалом здесь оставалось дерево.

В Южной Индии широко применялись, даже в каменных сооруже­ниях, деревянные колонны и столбы, чаще всего из тикового дерева. Встречались случаи, когда плоский каменный потолок был уложен по деревянным балкам, которые в свою очередь опирались на деревян­ные столбы. Возможно, что по мере того, как деревянные столбы при­ходили в ветхость, они заменялись в течение столетий каменными, вы­тесанными по форме старых деревянных столбов. Каменному блоку придавали форму тонкой деревянной стойки с большими выносными консолями, а в каменном перекрытии выводили ненужные прогоны, имитирующие деревянные.

В исключительных случаях в монументальных сооружениях приме­нялись монолитные каменные блоки. Потолочные балки из камня, уподобленные деревянным балкам, создавались из монолитного ка­менного блока. Оригинальной являлась конструкция, применяемая в Майсуре до XIII в. и встречающаяся также в других районах Юга, когда длинные узкие монолитные каменные плиты перекрытия соеди­нялись между собой по тому же принципу, по которому соединяется деревянный настил, уложенный в шпунт, т. е. одни плиты в месте шва имеют пазы, а другие — гребни (храм Ладкхана в Айхоли).

Медленно и постепенно индийские зодчие отказывались от сле­пого подражания деревянным формам и переходили к освоению ка­менных. Для этого потребовалось несколько столетий. И все же в более позднем строительстве с применением каменной кладки про­должали сохраняться старинные приемы и формы. Так, например, от деревянного зодчества перешла в каменное стоечно-балочная систе­ма, при которой междуэтажные и верхние перекрытия укладывались по вертикальным опорам — каменным столбам. На внешних каменных стенах нередко изображалась каркасная основа. В камне воспроизво­дились характерные для деревянной конструкции подбалки, кронштей­ны и подкосы. В камне продолжали выкладываться двускатные киле — видные своды и ребристые купола по форме деревянных. Каменные

Плиты верхнего перекрытия иногда соединялись, наподобие деревян­ного настила, вшпунт.

Пирамидально-ярусная композиция, характерная для деревянных многоэтажных зданий, перешла в формы шикхары (башенного верха над святилищем южноиндийского храма). Некоторые характерные кон­структивно-строительные особенности были унаследованы в каменном строительстве от кирпичного еще со времени городской цивилизации Хараппы. Так, например, в каменной кладке также не применялся известковый раствор, вместо него употреблялся илистый (из местных наносов ила). Для соединения каменных блоков употреблялись метал­лические и деревянные штыри. В камне, так же как и в кирпиче (за редким исключением), не выводили арок и сводов, а создавали «лож­ные» путем напуска горизонтальных рядов кладки. Свод, таким обра­зом, получался непропорционально высок по отношению к перекры­ваемому пролету; нередко свод маскировался подвесным деревянным плоским потолком, как это мы видим в кирпичном храме в Tepe.

Фундаменты, цоколи, полы. В постройках городов древнейшей цивилизации Хараппы фундаменты под стенами зданий, как правило, возводились из сырца. В более ответственных случаях под все здание подводилась сплошная площадка из сырца.

Обычно в более поздних сооружениях фундаменты выводились не сплошными, а только под стенами и определенными опорами. Для фундамента на углах здания использовались более твердые проч­ные породы материалов.

О фундаментах зданий раннего средневековья мало что известно. Интересно описание сооружения фундамента, приведенное в тексте «Манасара»’. Глубина сооружения фундамента должна быть равна высоте цоколя. Со дна рва должна быть выкачана вода. Фундамент из камня или кирпича выкладывается в виде столбов на четырех ос­новных углах здания. Промежутки между столбами заполняются тща­тельно утрамбованными слоями различных материалов: нижний зем­ляной слой речного происхождения (из песка и глины); второй и тре­тий слой — горного происхождения (из щебенки разных пород), сверху насыпается морской песок, затем опилки, и все эти слои заливаются жидким клеевым составом, приготовленным из коровьих рогов. По­сыпанные сверху цветы лотоса и лилий и зерна восьми сортов пшени­цы имеют уже символическое значение. Сложная подготовка фунда­мента заканчивается заливкой известковым раствором.

49

Формы и размеры фундамента зависят от этажности здания. Глу­бина должна быть равной его ширине или меньше ее на ‘/в, ‘/5 или! 4. Ширина заложения фундаментов равняется ширине главного стол-

Дарасурам. Потолок из каменных плит в храме, XI в. н. э.

6а здания или меньше на ‘/в или должна составлять 3/4 его ширины. Толщина основания бассейна должна быть равной человеческой ла­дони.

В монументальных зданиях фундаменты под стены выкладывались из кирпича, в более скромных постройках обычно выводились цоколи из булыг или щебенки, на которых сооружались сырцовые стены, причем между цоколем и сырцовой кладкой помещались деревянные прокладки. Таковы были указания «Манасара» по устройству фунда­ментов. Узорчатые полы в жилых домах Индии, как правило, отсут­ствуют, так как они обычно устилаются циновками. В крестьянских жилищах, как правило, полы глинобитные или хорошо утрамбованные земляные, смазанные коровьим пометом. В домах зажиточных людей очень часто применялась выстилка пола кирпичом, главным образом в ванных комнатах и внутренних дворах.

Полы чаще всего находились на уровне цоколя. Сравнительно высоко приподнятый от земли цоколь является характерной чертой как культовых, так и гражданских зданий. Особенной высотой отличает­ся цоколь в зданиях, расположенных в районах, подвергающихся ча­стым наводнениям. Наличие высокого цоколя в индийских сооруже­ниях объясняется главным образом условиями влажного климата страны и необходимостью защищаться от насекомых и ползучих жи­вотных.

В древнеиндийских текстах большое внимание уделяется архитек­турной разработке цоколя и приводятся десятки различных вариантов. Среди многих употребляемых для цоколя терминов наибольшее рас­пространение получили два: адхистана и питха. Подцокольная часть, придающая большую высотность зданию, называется упапитха.

Применение штукатурки. Оштукатуривание зданий ведет свои тра­диции от построек древнейшей цивилизации Инда и не прекращалось с тех пер. Следы штукатурки несколько пожелтевшего и темно-крас­ного цвета терракоты были обнаружены во многих жилых построй­ках в Мохенджо-Даро и других городах XXX—XV вв. до н. э.

51

Во многих древнеиндийских текстах [19] говорится о применении шту­катурки в постройках различного назначения. Дом, покрытый белой штукатуркой, называемый саудха, был излюбпенным для индийцев типом здания. Одной из причин широкого применения штукатурки в строительстве, возможно, была необходимость скрыть различия в фактуре разнородных материалов, часто сочетаемых в постройках. Другой не менее важной причиной могло быть стремление предо­хранить здания от жары и влажности воздуха. В крестьянских жили­щах так же, как и в домах Таксилы, штукатурку заменял толстый

Дильвара. Интерьер храма Адинатха. Тончайшая резьба в мраморе, характерная для сооружений Раджастхана XI—XII вв.

Слой глины, смешанный с рубленой соломой; стены покрывались об­мазкой изнутри и снаружи и чаще всего белились.

Штукатуркой покрывали не только глинобитные или кирпичные здания, но и здания, сооруженные в камне. Ее следы находят на монолитных, высеченных из скалы сооружениях Махабалипурама и Эллоры. По-видимому, индийские зодчие при этом руководствовались теми же соображениями, что и античные греки, которые покрывали мрамор тонким слоем штукатурки и окрашивали его. Штукатурка, применявшаяся индийскими строителями, была особого состава, отли­чалась блестящей полированной поверхностью и необыкновенной прочностью и называлась ваджралепа (бриллиантовая).

Фа-Сянь, китайский путешественник V в., видавший в своей стра­не прекрасные образцы подобной работы, был поражен качеством оштукатуренных стен. Состав штукатурки в целом не был установлен, известны лишь отдельные составные части. В нее входил порошок, приготовленный из тертых ракушек — судхасила и клеевой раствор из животных и растительных веществ, каучуковых деревьев и из рогов и копыт животных. Приготовление раствора штукатурки занимало от двух до четырех месяцев, в течение которых все составные части по нескольку раз очень тщательно перемешивались, после чего они при­обретали цвет слоновой кости. Сверкая белизной, блестящая, как стекло или эмаль, поверхность сооружений могла создавать впечат­ление богатства и великолепия. С белизной у индусов, кроме тогог связано представление о чистоте и святости.

В оштукатуренных зданиях скульптурные работы производились вначале вчерне в камне, а затем более тщательно повторялись в шту­катурке, причем отдельные декоративные детали, отличающиеся осо­бой тонкостью, выполнялись только в толстом слое штукатурки.

Глава II



.